psyont (psyont) wrote,
psyont
psyont

Фурсов, Величко, Ефимов о фальсификации истории России

Оригинал взят у marafonec в Фурсов, Величко, Ефимов о фальсификации истории России
Оригинал взят у ss69100 в Фурсов, Величко, Ефимов о фальсификации истории России
Почему мы не уважаем свои традиции и считаем прошлое неправильным? Как лишить народ памяти и национальной идентичности?

Андрей Фурсов – историк, социолог, публицист, член Международной академии наук – рассказывает, как уважающие себя державы относятся к своей истории? Что пишут в американских учебниках? Как бережно относятся к своим традициям англосаксы? Как относимся к своей истории мы? Как фальсифицируют наше прошлое и работают над созданием положительных и негативных образов ключевых политических фигур? Какие приемы используются для искажения истории? Откуда пошли разговоры, что наша история неправильная? Как нам хотят  изменить память и национальную идентичность? Сравнивает ли современная молодежь СССР с нынешней реальностью и какие выводы делает? Почему больше не срабатывает прием подмены понятий?

Андрей Фурсов: Уважающая себя держава: англосаксы, китайцы, французы никогда не позволяют по отношению к своей истории то, что началось у нас в позднюю перестройку и продолжается до сих пор.



Если Вы посмотрите, скажем, американские учебники, то там все, все прошлое только со знаком плюс, там заретуширован весь негатив, и почти такая сахарная, сладкая патока. Я очень жалею, что я не захватил из Америки учебник для школ «Glorious Republic», по которой учился мой сын, когда он учился в американской школе. У меня просто было очень много книг, и я эту не взял, теперь я об этом очень жалею, потому что эта книга, Glorious Republic - славная республика, это панегирик Соединенным Штатам.

В современной Франции практически табуирована вся тематика, связанная с негативными сторонами колониализма. Если Вы спросите у француза: «Колониализм?» «Конечно, мы принесли грамотность, мы принесли просвещение, мы принесли идеалы свободы и равенства». А то, что рабы, то, что смерть, то, что эксплуатация, эта тема табуирована практически.

Тоже самое в Великобритании, не случайно у англосаксов есть поговорка «Right or wrong – my county», права или не права, но это моя страна. И вот «не права» они убирают, выставляют на первый план «права».

Что касается Китая, то, например, если посмотреть такой фильм у них есть «Рождение республики». Это про события в Китае 1943-1949 года, ясно, что он написан с позиции Китайской Народной Республики, Чан Кайши там отрицательный персонаж. Там есть момент, когда Чан Кайши терпит поражение, он сидит со своим сыном и звучит трагическая музыка, потому что Чан Кайши – это тоже часть китайской традиции. Вообще отношение к своей традиции бережное – это очень характерная черта великих цивилизаций, и Западной, и Китайской.

Например, если взять Великобританию, вспомнить, что делали англичане в 16 веке с собственным населением, когда при Генрихе VIII было повешено около 70 тысяч человек казнено, за что? Это были люди, которых согнали с их земли в процессе огораживания, они стали нищими, а нищих вешали.

При Елизавете то же самое было.

Во время религиозных войн во Франции было уничтожено несколько десятков тысяч человек, за одну Варфоломеевскую ночь почти столько же [весьма спорное утверждение Фурсова. Некоторые историки говорят не о десятках, а единицах тысяч, лишённых жизни в царствование Ивана Грозного. - Прим. ss69100.], сколько за все время правления Ивана Грозного.

Тем не менее, у нас Иван Грозный не удостоился даже чести попасть в памятник тысячелетия России, там впереди идет Петр, который реально убил своего сына, в отличие от Ивана Грозного, который своего сына не убивал, это фейк. При Петре население сократилось страны на 25%, при котором была разрушена экономика, и осталась только гвардия, которая вытащила потом все остальное за 30 следующих лет.

Иван Грозный, который заложил основу самодержавия, который грозил Западу. И вот это поразительная вещь, обращение к собственной истории, причем это было характерно не только для советского и постсоветского периода. Наша либеральная историография, где один из главных фальсификаторов нашей истории Карамзин, они очень активно работали над созданием позитивных образов одним нашим властителям и негативных других.

Но то, что произошло, начиная года с 1987-1988, и, правда, сейчас этот процесс начал притухать, но, тем не менее, он все равно развивается в либерастических изданиях, вот это поливание чернухой нашей истории, как вообще неправильного. То есть норма – это Запад, наша история неправильная.

Китайцы, японцы не считают, что их история неправильная. Более того, недавно в интернете прошло сообщение, что японцы закрывают свои гуманитарные институты, будут создавать новые гуманитарные институты у них, это институты, которые говорят языком западной науки об обществе, а эта западная наука, она выставляет все не западное как отсутствие нормы, как не нормативность, и вбивают это в голову всем остальным, как комплекс неполноценности.

Вот японцы делают шаг в сторону от этого, потому что они понимают, что успехи, и Китай демонстрирует это, успехи – это то, что произрастает на органике собственной цивилизации. Поэтому серьезные цивилизации, прежде всего, Запад никогда бы не позволил ту вакханалию, которую позволяет себе наша либерасня.

Приемы, которые использовали для искажения нашей истории, были очень нехитрые, это перемены знаков. Все, что раньше было героическим, стало антигероическим. Все, что было со знаком плюс, стало со знаком минус. Кроме того, нам пытались подменять идентичность, то есть сказать, 70 лет у нас была черная дыра, а вот сейчас мы вернулись к нормальному развитию. У нас же даже идея была у некоторых умников, в первую думу постсоветскую назвать «Пятой думой», то есть Четвертая дума была последней в России, а это Пятая дума.

Это примерно, как сказать, практика, а давайте подштопаем девственность, чтобы у нас восстановилась. Но потом поняли, что это глупости, и у нас не Пятая дума оказалась, а Первая дума. Вот эта попытка изменить память, изменить идентичность, эти попытки делались довольно систематически в течении 20-25 лет, но они привели к очень ограниченному результату.

Если в позднее перестроечное время в девяностые годы чернушные фильмы еще на какого-то действовали, то сейчас, я общаюсь с молодежью, я преподаю в двух университетах, молодежь очень четко фиксирует, что фильмы чернушные, то есть лживые. Тем более, что они сравнивают то, что они читают о Советском Союзе, они сравнивают с нашей нынешней реальностью, с социальной несправедливостью, с разрывом между бедными и богатыми, с нашими поражениями на внешнеполитической арене, особенно в ельцинские времена и в первые 10 лет 21 века.

Они видят, что была победительность и в социальной сфере, внутри общества и во внешней политике, и поэтому эти все приемы, они не срабатывают.

***

Все фальсификаторы истории ломаются на мелочах. Почему история в учебниках не психологична? Отчего действия большинства исторических персонажей странны, ходульны и напоминают скорее марионеток кукольного театра, нежели живых людей? Как увидеть фальшь сериала "Иван Грозный"? Чем тестируется любая концепция истории? Как удалось сфабриковать миф о "великом украинстве"? Почему никто своевременно не задал фальсификаторам разоблачающих вопросов? Почему статья Нины Андреевой во время "перестройки" так напугала партноменклатурщиков? Почему письмо Нины Андреевой так и не сыграло поворотной роли в истории? Кто проявил себя как подонок и предатель? Где имел место "синайский турпоход"? По какой местности водили евреев 40 лет? Имеет ли это какое-то значение? Как родился проект порабощения всего человечества от имени Бога на основе скупки всей планеты и всех её обитателей с их имуществом методом монополии на ростовщичество.
Всё, что касается фальсификации истории, то тут двояко. Во-первых, чтобы фальсифицировать историю, надо ее хорошо знать. То есть все фальсификаторы ломаются на мелочах, типа организация или подразделение, орган государственной власти был создан тогда-то, фальсификаторы выдвигают документ на печатях, штампах этого самого, но который возник либо до, либо после того, либо не соответствует компетенции этого органа власти.

Вторая сторона вопроса, она связана с тем, что история в том виде, в котором нам ее представляют историки, она не психологична в большинстве случаев. То есть это ходульная чего-то, это как, вот, кукольный театр марионеток, то есть для того, чтобы тот исторический процесс, который был описан в учебнике или в каком-то трактате по истории совершился, нужен кукловод, который будет двигать персонажей.

Почему? Потому что персонажи не обладают собственным миропониманием, не обладают никакой психологией, это вопреки тому, что все они были живыми людьми с определенной организацией психики, менталитетом и, соответственно, в их поведении выражалась их психология. Поэтому один из таких вопросов - это вопрос о психологической реконструкции истории, потому что если это делать, то и задуматься о том, что человек, тот или иной персонаж исторический мог знать в свою эпоху, что он действительно знал, какая у него была организация психики, то тогда можно увидеть фальшь. Ну, например, сериал «Иван Грозный», он не жизненный по той простой причине, что другими были, и Василий III, и Елена Глинская, она не такая была как показано в фильме.

Вот при тех психологических типажах, которые представлены в фильме, та история, которая реально совершилась, она бы никогда не могла совершится. Иная психология двигала людьми. Поэтому многие такие вещи, они значимы.
Ну, и естественно любая концепция истории, она тестируется тем, что есть фактик, давайте добавим, что с ней будет. Ну, а ситуация на Украине, манипуляция общественным мнением на основе фальсификации истории в условиях полного бездумья и полной нищеты на первом приоритете, потому что когда начали фабриковать все это, весь миф о великом украинстве, то некому было задавать вопросы, которые не лезут в концепцию этого мифа. А дальше работает социальная психодинамика, работают автоматизмы. Если бы там нашлось кому задавать неудобные вопросы и показывать, что в фабрикуемом мифе на них нет и не может быть ответов, потому что миф лжив, история Украины была бы другой.
И опять же возвращаясь к советским временам, вот идет перестройка, и вдруг появляется статься Нины Андреевой, и начинается истерика у всех перестроечников. А чего испугались? Вы же сами объявили гласность. А испугались того, что люди начнут задавать вопросы, которые не лезут в перестроечные мифы, а если не лезут в перестроечные мифы, то перестройка в том виде, в каком она и реализовалась, невозможна. Но получилось так, что, во-первых, Нина Андреева задавала слабенькие вопросы. А во-вторых, не нашлось тех, кто бы ее мог поддержать и задать вопросы посильнее.

В этом отношении редакционные коллегии средств массовой информации той эпохи проявили себя как подонки и предатели, практически все без исключения, потому что они фильтровали базар, если говорить так на блатном жаргоне, и они решали, что публиковать, а что не публиковать.
Целенаправленные фабрикации исторических мифов, целенаправленные фальсификации истории, ну, в угоду той или иной политической конъюктуре и в угоду создания и реализации тех или иных политических проектов, в том числе и глобальных проектов. Но, тем не менее, все-таки в истории есть инварианты, и эти инварианты, они, по сути, носят тоже нравственно-этический характер. Ну, например, если говорить о последствиях, то абсолютно все равно, где имел место, вот то, что в концепции общественной безопасности названо «Синайским турпоходом».

То есть сорок лет гоняли древних евреев по Синайской пустыне, как это соответствует традиционной версии, либо сорок лет их гоняли по современной Италии и вокруг Везувия, либо их гоняли по нынешним окрестностям Санкт-Петербурга, согласно еще одной версии истории.

Это не имеет, в общем-то, для будущего никакого значения, потому что в результате этого, где бы он не происходил, родился глобальный политический проект порабощения человечества от имени Бога на основе скупки всей планеты и всех ее обитателей, и с их имуществом на основе монополии и на ростовщичество.

***

Как события прошлого связаны с настоящим? Что уже 100 лет назад знал Тютчев о войне на Украине?

Для чего нам нужна история: чтобы знать прошлое или предсказывать будущее? Почему мы так часто не видим ясности в происходящем и воспринимаем события в мире как череду сменяющихся в калейдоскопе картинок? Кто и зачем регулярно переписывает историю? Как взаимообусловлены разные эпизоды прошлого и настоящего? Почему все нравственные события истории уникальны, а зло всегда повторяется по одному и тому же сценарию? Какая концепция поведения господствует в человеческом обществе последние 3000 лет? Как одни и те же схемы насилия над человечеством реализуются на протяжении веков?

Можно ли исключить повторение негативных сценариев истории в будущем? Почему слова, написанные Тютчевым более 100 лет назад, звучат так, будто он писал их сегодня утром?


Чем определяется процесс глобализации? К каким выводам можно прийти, проанализировав лексику русского и английского языка? Почему в английском языке вместо слова «совесть» используют «стыд», а «нравственность» подменяют «моралью»? Какие две вещи поражали воображение Канта? Если каждый человек рождается нравственным, то куда исчезает это качество в течение жизни? Есть ли у европейцев аналог слова «жрец»? Что знал Пушкин о волхвах и жрецах?

Чем, по мнению Державина, определяется счастье русского человека? Зачем нужно чувство меры и почему само слово «мера» есть только в нашем языке? Из-за чего даже терминологический аппарат русского языка так сильно отличается от языков европейских? Виктор Ефимов, ректор Санкт-Петербургского Государственного Аграрного Университета анализирует лексику языка и законы истории и делает вывод, какова особая цивилизационная миссия русского народа?




Ефимов Виктор: Мы не случайно проблемы, связанные с историей, выносим на уровень второго приоритета по значимости. Если говорить о конкретных технологических что ли приложениях вот этого приоритета, к чему он сводится? Он сводится, прежде всего, к вопросу о различения, потому что все происходящее, оно взаимоувязано в рамках единой матрицы, и только с уровня второго приоритета можно распознать причинно-следственные обусловленности, что из чего проистекает, что чем порождено, и как и что нужно сделать, что бы те или иные несуразности не повторялись в будущем.

Поэтому иногда пытаются трактовать исторический приоритет просто как некую последовательность фактов, что надо знать, важно, что зачем проистекало. А в действительности соль вот этого приоритета именно во взаимосвязи и взаимообусловленности всего происходящего в мире. По сути, именно он и задает матрицу мозаичного восприятия мира, потому что если на историческом приоритете, на хронологическом нет ясности концептуальной, то тогда мы впадаем уже в калейдоскопическое восприятие мироздания, когда там мы четко знаем события, и это происходило, и это, и это, а в действительности все происходящее в мире в рамках единой матрицы, оно единое целостное.

И как только мы распознаем вот эти причинно-следственные связи, то мы гарантированно можем уберечь себя от массы неприятностей дня сегодняшнего и будущего, поэтому известные афоризмы о том, что история нужна не потому, чтобы знать, что было, а она нужна потому, что она не успела спрятать свои следы в настоящем.

И вот эта алгоритмика, когда тот, кто владеет настоящим, он всевластен над прошлым, а кто управляет прошлым, тот управляет будущим. Поэтому фактически, если посмотреть на историю как науку, то она всегда была служанкой тех, кто пришел к власти. И всегда факты и причинно-следственные связи обусловленности переписывались так, чтобы оправдать действия сегодняшнего дня. Есть некое намеренье сегодня, и чтобы его обосновать подгоняются под эту задачу трактовки прошлого, чтобы оправдать все действия дня сегодняшнего. Вот такие, я считаю, базовые моменты, которые следует иметь в виду, говоря о хронологическом приоритете.


История имеет свойство повторяться в той части, которая определяется безнравственной концепцией. То есть, к сожалению, в последние 3 тысячи лет в человеческом обществе доминирует, как мы говорим, библейская концепция управления. Она противоречит божьему промыслу и навязывает всегда некие безбожные стереотипы, поведенчески безбожную культуру.

И здесь абсолютно точна вот эта алгоритмика, которая говорит о том, что повторяемость исторических событий, она обратно пропорциональна их духовности, потому что все духовные, нравственные, божественные события, они уникальны и неповторимы, просто Бог так устроен, что ни один сценарий он не повторяет. И когда мы говорим о том, что расскажите Ваш опыт, когда Вы что-то чувствуйте свыше, он, к сожалению, бесполезен для кого бы то ни было другого, потому что с каждым у Бога абсолютно свой язык.

А вот что касается безбожия надуманного, то это как наигранная пластинка, то есть, отработаны некоторые схемы управления человечеством, и они из поколения в поколение просто передаются, и как заигранная пластинка, оборот заканчивается и опять включается та же самая канавка, и мы читаем то же самое. Поэтому, если посмотреть на происходящее сегодня на Украине и обратиться к творчеству, допустим, далекого прошлого, Федора Ивановича Тютчева, если посмотреть, то мы увидим, что ни на йоту нет отличия тех сценариев, которые реализовывались в то время.

Посмотрите, многие вещи, которые писал Тютчев, их, когда читаешь, то ты видишь, что они написаны сегодня утром: «Из переполненной господним гневом чаши, Кровь льется через край, и Запад тонет в ней». И так далее. И дальше о способах интеграции мира: «Единство, — возвестил оракул наших дней, — быть может спаяно железом лишь и кровью.. Но мы попробуем спаять его любовью, — а там увидим, что прочней...» Разве это не о дне сегодняшнем? Это все, до последней буквы отражает алгоритмику сегодняшнего дня, потому что зло, оно всегда идет по одним и тем же сценариям.


Что касается схем насилия над человечеством, безнравственных схем, то, конечно, все это реализуется в рамках ныне господствующей концепции управления, потому что мы говорим, глобализация – процесс, конечно, объективный, но характер и способ глобализации, он определяется нравственностью глобализаторов. И основная проблема в том, что глобализаторы сегодняшнего дня, они порвали связь, если угодно, с божьим промыслом.

Мы только что анализировали лексику, применяемую сегодня, скажем, в английском языке и в русском языке, действительно, глобализация характерная для цивилизационной общности человеческой последних трех тысяч лет, это глобализация евро-американского конгломерата, и она, суть ее отражается в английском языке. Но Вы посмотрите, в английском языке нет таких слов, какие есть в русском. В русском языке есть слово «жрец», это тот, кто, так или иначе, выстраивает связь с божьим промыслом. Помните, у Пушкина: «Волхвы не боятся могучих владыка, княжеский дар им не нужен; правдив и свободен их вещий язык и с волей небесною дружен». Вот что такое жрец по-русски.

А в английском языке это прист, то есть связь с Богом подменена связью с земной иерархией, выстроенной целенаправленно для формирования схем управления человечеством. Или возьмите, скажем, такой термин как совесть, в английском языке нет такого слова, там есть слово стыд. Но совесть и стыд – это принципиально разные в русском языке термины, не все это понимают, но совесть – это то, что согласуется с вестью божьей, а стыд – это когда ты уже совершил что-то безбожное, это уже вторичное, после того, когда нарушены законы совести.

Или, к примеру, нравственность, в русском языке есть понятие «нравственность», а в английском такого понятия нет, там есть понятие «мораль». Но мораль и нравственность – это принципиально разные вещи, и когда переводили Канта, к примеру, на русский язык, у Канта там оттенки немножко другие, но на русский язык перевели очень правильно, потому что Кант что сказал: «Две вещи поражают мое воображение: звездное небо над головой и нравственный закон внутри нас».

То есть он понимал, что есть нечто, что привносится в человека извне, от Бога, то есть таким человек создан от Бога. Это поразительно, но действительно это то качество, с которым каждый появляется в мир земной, но потом это качество может быть как-то закамуфлировано и с помощью специальных матричных методов формируются такие наслоения, когда эта исходная божественная нравственность, она тонет в потоке лжи и трансформации.


Или, к примеру, в русском языке есть слово «мера». Мы говорим, это особое чувство, которым Бог наделяет каждого, чувство меры. И человек, обладающий чувством меры, по-русски, это счастливый человек, потому что он не гонится за тем, чего не нужно. Вспомним Державина, который очень точно говорил о людях, что им нужно.

«Мое желание: предаться Всевышнего во всем судьбе, за счастьем в свете не гоняться, искать его в самом себе. Меня здоровье, совесть права, достаток нужный, добра слава творят счастливее царей».

Вот что такое русский язык. Достаток нужный, он формируется чувством меры. Если нет понятия о чувстве меры, то тогда лучше только то, что больше. Вот чем больше, тем лучше, по-западному, а в русском языке нет, в русском языке, что не селение, то вера, что не селение, то мера. Примерно как-то так пословицы были. То есть мера, вот это чувство меры, а в английском языке даже слова такого нет.

Поэтому мы говорим об особой цивилизационной миссии нашего народа, которая начинается буквально с терминологического аппарата, которого нет в других цивилизациях.


Источник.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments